Информация о работе:
Дисциплина: Русский язык и литература
Тип работы: Дневник практики

Расшифровка аудиозаписи (1 час, 15 минут, диалог)

Фрагмент текста
Вот печку протопили, тогда вот разгребли весь сюда вот к «загнетке». А это вот «загнетка» называлась, это вот самая, куда дрова ложишь, как дверки, и там делается с ручкой такая вот жестянка. И закрывается. И вот этот жар весь сюда сгребут, а сам вот этот пот. Была такая, помело. Она на палке, называлась помело.- А из чего это?- Она на палке, просто ткани кусок. Просто тряпка там, ткань отрезана метр и её в ведерко чистое, в чистую воду макают. Там уже размели пот этот. И вот этим метлом там его моют вот так вот, протирают.- А это тряпка просто целая или нарезанная?- Нет, нет просто целая тряпка, и вот этой тряпкой её там вытирают. Этот пот вытрут и тогда ставят «хлед». «Хлед» такая лопата деревянная была. На эту деревянную лопату ложили лист капустный. Даже на зиму это лист заготавливали, потом его распаривали вот на эту лопату, лист капустный постелили и потом же ложат тесто, вот так вот загладили, и в печку.- А на зиму листы заготавливали, как? Их как-то хранили?- Заготавливают, листы же подсыхают, один в один сложили там где-то и потом заносили в горячую воду, они делалися такими мягкими.- А готовили вот, кроме хлеба, что еще стряпали, в печке делали?- И калачики, и пироги, и пирожки, и ватрушки. Всё делали.- А что в начинку клали?- В начинку клали. Ой, нам даже колхоз пироги делал, на 7 ноября тогда, школьникам на Новый год, на 8 марта. Делали сахарную свеклу, натирали на тёрку, в печку, в чугун эмалированный. Мама в печку поставит. И она там как патока. Вот знаете, как варенье. Вот она спарится, и густое такое получается, как варенье. Добавляли, кто тыкву добавлял еще, кто яблоки добавлял, там же сады. Потом конопля, вот это конопля, семя конопли, его толкли в ступе. Его поджарят, семя конопли, поджарили до печки, потом в ступу и мы протолкнем. Протолкли, мама просеяла. Натолкли, получается семя, называли семя. Но оно до того вкусное, девчонки, до того вкусное, такое приятное. И вот добавляешь, добавляли еще в эту сахарную свеклу, вот это семя и делали пироги. И большие делали пироги и на весле, и пирожками. Кто как сделает. «Кулики» раньше пекли нам.
Показать еще
Эту работу защитили на 5
Похожие работы:
  • Ораторская речь

    Любовь к книгам и чтению воспитывается в ребенке с самого детства – это истина, не требующая специальных доказательств, поэтому наш очень краткий обзор мы начнем с одной из детских книг. Удивительный волшебный мир добра и счастья открывается читателям в книге скандинавской писательницы Туве Марики Янссон «Все о Муми-троллях», изданной в серии «Детская художественная литература» в 2015 году. Впервые все рассказы о жизни в сказочном Муми-доле собраны в одной книге. Муми-тролли, хаттифнаты, хемули и другие обитатели этого чудесного мира захватят воображение вашего малыша. Заметным недостатком издания (но не самого произведения!) является немногочисленность иллюстраций и их черно-белое решение. Один из трогательных и искренних отзывов гласит: «…Читаю сейчас для себя, т.к. не читала в детстве и получаю огромное удовольствие!»Востребованность у читателей «непростой» литературы, заставляющей думать, размышлять является хорошим признаком, свидетельствующим об интеллектуальном потенциале нашего общества. Творчество такого сложного для восприятия колумбийского автора как Габриэль Гарсиа Маркес вызывает неподдельный интерес у читателей. Современные издатели книг предварительно тщательно изучают читательские запросы и лишь после этого издают произведения того или иного автора. Ничего не поделаешь… Рынок! Тем отраднее тот факт, что его романы регулярно издаются и переиздаются в нашей стране. К примеру, роман «Сто лет одиночества» - один из самых знаменитых романов Маркеса, за который он получил в 1982 году Нобелевскую премию за достижения в области литературы. В классическую форму семейной саги автор виртуозно облек глубочайшие философские размышления о человеке, его предназначении на земле, о трагедии одиночества человека в мире людей, о смысле жизни и бытия. Это произведение для духовно зрелого и развитого человека.

  • Кто вы, господин Щедрин?

    Салтыков-Щедрин избрал, как мне видится, самый непростой жанр литературы — сатиру. Так как карикатура — это разряд комического, более безжалостно осмеивающий реальность и, в различие от юмора, никак не дающий шанса на исправление.Писатель владел даром внимательно видеть наиболее острые инценденты, назревающие в России, и выдвигать их напоказ пред всем российским сообществом в собственных творениях.Труден и тернист был созидательный путь сатирика. С ранних лет зашли в его душу жизненные противоречия, из которых потом и подросло могучее древо щедринской сатиры. И я думаю, что пушкинские строчки “сатиры неустрашимый владыка”, произнесенные в “Евгении Онегине” о Фонвизине, разрешено неустрашимо переадресовать Салтыкову-Щедрину.Более внимательно Щедрин изучил политическую жизнь России: отнощения меж разными классами, подавление крестьянства верховными слоями сообщества.Карикатура Щедрина особенное действо в российской литературе. Его особенность содержится в том, что он ставит пред собой принципиальную творческую задачу: отследить, обличить и убить.Литературное имущество писателя принадлежит не только минувшему, однако и истинному, и грядущему. Щедрина нужно ведать и декламировать! Он вводит сознание социальных глубин и закономерностей жизни, приподнято возносит религиозность человека и нравственно чистит его. Я думаю, что творчество М. Е. Салтыкова-Щедрина собственной актуальностью недалеко любому прогрессивному человеку.Список использованной литературы1. Ежедневник провинциала в Петербурге Полн. собр. соч. в 20-ти тт. М., 1970.2. В среде умеренности и опрятности. Бога Молчалины//Вслед за тем ведь, т. 12. 19703. За рубежом //Вслед за тем же, т. 14. 19704. Послания к тетеньке //Вслед за тем же, т. 14 19705. Пестрые послания. Письмецо V//Вслед за тем же, т. 16 либо Мелочи жизни. Гл. III, V (Газетчик) //Вслед за тем ведь, т. 16., 1970

  • Русский язык и литература: два предмета или один?

    И хоть какая-то тема науки, а то в последнее время стали популярны халявщики-маги Гарри Поттеры. Но всё-таки умненького братца-близнеца на уроках тоже рядом иногда не хватало. И вот – что же делать теперь? Сел за сочинение, а в голове постепенно, но вспомнились, ожили, так и забегали герои подзабытых сегодня книг. Вспомнишь одного – обидишь другого, нельзя же не сказать, как захватывали приключения путешественников из «Детей капитана Гранта». Или неурядицы и несчастья человека-невидимки Герберта Уэллса. Всё думал – да разве это проблема? Вот я бы, если бы стал невидимым… И я уже видел, как свободно прохожу на матч любимой команды, как плыву на корабле в далекие, но обязательно – южные страны.А девочка-циркачка Суок - чуть ли не первая моя литературная привязанность? И пусть книжка – о революции, но для меня-то тогдашнего это была сказка о победе «наших» – умных, красивых и смелых – над «ихними» - толстыми и жадными обжорами. Идеология? Да боже упаси! Ой-ой-ой, кажется, нет у меня такой книги – чем дальше, тем больше любимых и перечитанных не один раз. А как не вспомнить дядю Степу или Айболита? А куда деть Тома Сойера, если я даже сегодня помню первые строчки книги, которые были, будто прямо «про меня»? А как быть со Страшилой и Железным Дровосеком, когда понимаешь, что и солома в голове – не самое страшное, а железные мускулы – не спасение от всех бед и несчастий? И тут просто валом посыпались воспоминания детства – со страничек прочитанных книг шумят и возмущаются Буратино и старик Хоттабыч, честный, справедливый, смелый Тимур, который теперь немножко не из нашего времени, но тем и интереснее, доктор Айболит, который чуть не заставил меня стать врачом. Ох, да сколько их – любимых, знакомых, и так уже давно забытых за суетой сегодняшних дней. И каждый из них меня чему-то научил: кто-то хорошему, смелому, честному, а кто-то рассказал, каким быть-то и не нужно, противно быть таким, противно и нехорошо.

  • общее впечатление о книге

    Православная вера имела большое значение в жизни героинь романа (Евдокии, Ариадны и Гликерии). Формально они жили в Советском Союзе 60-х годов, а на самом деле старухи пребывали в своем, созданном, христианском мире. Вера у каждой героини была своя и подход к «спасению в Софии» тоже выражался по-разному. Евдокия просила, даже требовала заступничества девочки перед Божией Матерью, Гликерия же лишь смиренно ждала его. София росла и училась смотреть на окружающую действительность сквозь призму христианства. Мне больше всего запомнилось и понравилось, что бабушки все время рассказывали Сонечке сказки. Их воспитание являлось, словно, противовесом тем советским мифам, которые закладывались в детском саду и школе, куда старухи ее пускать не хотели. В романе присутствуют как фантастические сказки, так и христианские, библейские сюжеты, рассказанные как сказки. Еще мне очень запомнилось, как маленькая София воспринимала мир. Так как она не могла говорить до 7-ми лет, то попросить объяснения у взрослых она не могла, поэтому она сама строили свои размышления. Например, люди в телевизоре для нее были мертвыми, им хорошо и весело жилось. София думала, что если бабушки умрут, то, как же они там, на верху, жить будут? Пусть тогда и комната умирает вместе с ними, чтобы им было, где жить. Но тут же еще один вопрос настигает ее: что же они там кушать будут? И тут же она размышляет, пусть тогда и кухня умирает вместе с ними. Такие детские-недетские размышления очень располагают и умиляют, держат читателя в тонусе, не дают бросить чтение, потому что интересно узнать, о чем еще думает эта маленькая девочка. Итак, роман «Время женщин», удостоенный премии «Русский Букер» - 2009, повествует о жизни простых, ничем не примечательных людей, принадлежащих к разным поколениям и социальным слоям, оказавшихся связанными местом жительства. Я думаю, что Елена Чижова получила эту премию за то, что смогла показать на примерах простых людей, которые явно не противостоят власти, как можно сохранить чувство собственного достоинства. Она показала личное достоинство человека, которое правительство все время пыталось уничтожить.

  • Сочинение в жанре эссе

    Вместе с моими героями я тоже возвращался домой. И будто бы сам видел слезы радости жены Петра, Акулины, и его любимого сына Степы. Каков же мастер – Константин Георгиевич Паустовский, если мы, читатели, каждое слово, каждый эпизод переживаем вместе с героями рассказа. И вот опять – я будто вместе с жуком-носорогом после некоторой задумчивости взлетаю с громким жужжанием и лечу – над колодцем, через речку – в лес. Узнал родные места. Тоже домой полетел с радостными новостями и долгими рассказами об увиденном и пережитом. И хотя жена пожурила Петра за то, что он рассказывает сыну сказки о жуке, о его будто боевой судьбе, отец ответил: «От сказки не только ребятам, а даже бойцам одно удовольствие»1Там же… Вот и я согласен – от такой солдатской сказки не только удовольствие, но и польза большая. И Степе, и нам, кто через много лет прочитал простые и серьезные слова о войне, о пережитой беде, о тихом подвиге простого русского солдата…В этом году мы отмечаем великий праздник – семидесятилетний юбилей Великой Победы. Много интересных, доблестных и героических рассказов звучит в эти дни – ветераны вспоминают каждый о своем боевом пути. Но меня как никогда тронула простая история – солдатская сказка о жуке–носороге. А о жуке ли она, эта сказка? Я будто бы прошел трудными и опасными военными дорогами, прошел плечо к плечу с русским солдатом Петром Терентьевым. Будто бы увидел слезы в глазах его сына Степы. Вместе с солдатами преодолевал Днепр, Вислу, брал Берлин… Вот о такой войне, как бы войне изнутри, мы знаем совсем немного. А ведь это – тоже подвиг, может быть и незаметный, тихий, скромный. Но без таких людей, как Петр Терентьев, как его однополчане, не пришла бы Великая Победа, не развевался бы над Берлином красный стяг. И сейчас понимаешь, ощущаешь всей душой - эта Победа наша общая, для всех и для каждого, и сегодня - через 70 лет. И старый жук-носорог – именно тот герой любимой детской книжки, который помог мне это понять и почувствовать. И я вот думаю теперь, а жук ли был главным героем произведения К. Паустовского? А если бы не он – как бы мы, дети XXI века через столько лет почувствовали войну, как бы поняли всю ее горечь? Так что – спасибо старому жуку-носорогу, прошедшему по дорогам войны.

×
Оформите заявку на работу - это бесплатно